Драматичный и праздничный образ России

Сергей Орлов

Рубрика: 
ЛИЧНОСТЬ В ИСКУССТВЕ
Номер журнала: 
#4 2019 (65)

Татьяна Назаренко, Алексей Новиков, Игорь Новиков - академики Российской академии художеств. В их творчестве выразились существенные переломные процессы, явления и события в отечественном искусстве последней трети XX - начала XXI века.

Мир каждого из этих мастеров неповторим, у каждого своя стилистика, но главное, что сближает их, - единство творческих позиций. Это художники европейского масштаба, всецело связанные с российской культурой. В творчестве Татьяны Назаренко, Алексея Новикова, Игоря Новикова многоаспектно выразился образ России, очертились контуры современного мира.

Внутренняя общность, энергия диалога и взаимной поддержки зримо проявляются в совместных, конструктивно спланированных выставках, в сценографии экспозиции. Совместных проектов было немало. В галереях Швейцарии и Франции, в музеях Плеса и Воронежа. В июне-июле 2019 года в Музее искусства Санкт-Петербурга XX- XXI веков состоялась масштабная выставка «Жизнь как метафора». Татьяна Назаренко, Алексей Новиков, Игорь Новиков открывают путь в пространство мирового художественного наследия, где сконцентрирован жизненный, психологический и художественный опыт предшествующих эпох и поколений.

 

Алексей Новиков

избирает русский авангард. Близкие ему мастера - Марк Шагал, Михаил Ларионов, Казимир Малевич.

Алексей Иванович Новиков
Алексей Иванович Новиков
Фотография

Алексей Иванович родился в 1931 году в Орловской области. Его родословная идет из Сибири, дед и прадед были мастерами по металлу, кузнецами. В 19 лет Алексей был призван на службу в Северный флот, стал профессиональным моряком-подводником. В его московской мастерской на Чистых прудах на почетном месте стоит сделанная им модель подводной лодки Северного флота, на которой он прослужил шесть лет. Нелегкая, ответственная, чреватая нештатными ситуациями морская служба сформировала волевой характер. После службы он вернулся на родину, в Орловскую область. Брат предложил престижную и хорошо оплачиваемую работу на угольной шахте, но Алексей почувствовал, что это не его дело, он понял, что должен стать профессиональным художником.

Алексей поступает в Государственную академию художеств Латвийской ССР в Риге. Все остающееся свободное время посвящает творческой работе. С 1964 года участвует во всесоюзных выставках, в 1969-м вступает в Союз художников СССР, в начале 1970-х переезжает в Москву.

Каждое лето Алексей работал в группе живописцев во всесоюзном доме творчества «Сенеж» от Союза художников СССР. Сюда приезжали мастера со всех регионов и республик, шел активный творческий взаимообмен, профессиональный диалог.

От тех времен у Новикова сохранилось много авторских фотографий: художники плавают на лодках по озеру; частый гость «Сенежа» Эдуард Лимонов читает свои стихи; вечером большая группа собирается для общей беседы у костра во внутреннем дворе или на берегу озера. Часто в кадре Виктор Попков, Павел Никонов, Олег Вуколов, Игорь Обросов, другие известные художники.

Алексей Новиков активно вошел в художественный процесс шестидесятых годов, где наряду с мастерами «сурового стиля» значительную роль играли национальные направления и авторские оригинальные стилистики. Нашел и он свой оригинальный стиль, продолжающий традицию русского примитивизма. Картину «Обнаженная» (1981) с изображением русской Венеры на фоне яркого ковра с цветами и фруктами художник посвятил Михаилу Ларионову, его знаменитой серии русских Венер.

У Новикова праздничный, мажорный стиль. Его благодатная тема - многокрасочные провинциальные городки и села средней России: Городец, Зарайск, Томилино, Саблино, Тимоново. Замечателен вид Городца («В Городце», 1997, собственность автора), освещенного пурпуром заходящего летнего солнца. Дома и церкви кажутся сложенными из многоцветной мозаики.

А.И. НОВИКОВ. В Саблино. 1997
А.И. НОВИКОВ. В Саблино. 1997
Холст, масло. 84 × 104. Собственность автора

В картинах Новикова мир условный, лубочный, светлый. Художник передает эмоциональный настрой людей: они терпеливы, добросердечны, здесь все друг друга знают, все добрые соседи. Так быть должно. И в этом красочном мире соседствуют радостные и грустные мотивы. Здесь одинокие крестьянки вершат свой скромный быт и обращают молитву к храму. Цветок в саду весеннем распустился, и две крестьянки смотрят с удивленьем и радостью на это чудо. По улице идет-летит веселый гармонист, и открываются все окна. Над крышами и куполами храмов летает в небе прямоугольный красный дом Малевича.

А.И. НОВИКОВ. Весна в саду. 1988
А.И. НОВИКОВ. Весна в саду. 1988
Картон, масло. 85 × 93. Собственность автора

К каким бы темам ни обращались Татьяна Назаренко, Алексей Новиков и Игорь Новиков, в их работах - глубокое ощущение современного многозначного и драматичного мира, созидательного и экстремального. Ныне, как и ранее, его дерзким знаком остается картина Эдварда Мунка «Крик» (1893-1910) - крик человека, представившего мировые пожары ХХ века. Игорь Новиков создал свою версию «Крика» - полотно «Крик Европы» (2008). В объятом пламенем алом небе синий диск с золотыми звездочками - знак Европейского Союза. Справа и слева от диска стрелки-указатели с надписью EXIT и разбегающиеся в стороны от европейской эмблемы два силуэтных белых персонажа.

Пламенная тектоника текущего момента прочерчивается сквозь магический кристалл мирового художественного опыта. Трагические и победные события осмысливаются в ландшафте вечных, универсальных библейских тем. В картине Татьяны Назаренко «Пожар в Содоме и Гоморре» (2013) небо объято огнем, бегут босые люди, спасая в мешке свой скарб. Лицом к пожарам стоит женщина, превращенная в соляной столп. В ее лице и жесте - неверие в происходящее, беззвучный крик и вопрошание. Ответом на немой вопрос стали картины Назаренко о войнах и трагедиях на Украине: «Небо в огне» (2014), «Зона обстрела», «Убиение младенцев», «Положение во гроб», «Опознание» (все - 2015).

Это новая экспрессивная Библия. В зоне обстрелов, пожаров, разбитых домов бойцы и мирные граждане спасают раненых, оплакивают погибших, матери вопиют над телами убитых детей. «Убиение младенцев» - это авторская версия библейской темы, основанная на фактах современности. Назаренко также вспоминает картину Питера Брейгеля Старшего, где ландскнехты-наемники в заснеженной голландской деревне творят произвол («Избиение младенцев», 1565-1567).

В сцене «Опознания» убиенного Назаренко выражает сопричастность событию. Она участник событий нынешних и минувших, принимает на себя испытание, тяжесть несения Голгофского креста («Несение креста», 2016).

В картине Игоря Новикова «Второе пришествие» (2008) Христос в пустыне скорбит о погибших, о выжженной, обезлюдевшей земле с темным небом, с кроваво-красными реками. В основе этой работы композиция И.Н. Крамского «Христос в пустыне» (1872), но совсем иной уровень экспрессивного видения и новое прочтение классической темы.

 

Игорь Алексеевич Новиков

Игорь Алексеевич Новиков
Игорь Алексеевич Новиков
Фотография

(родился в 1961) - выпускник Московского государственного художественного института имени В.И. Сурикова (1987), художник нонконформист, его творческие позиции сформировались в период перестройки, в конце 1980-х годов. Знаковым феноменом тех лет стало сообщество молодых художников в доме в Фурманном переулке в Москве. Дом был под выселение, жильцы выезжали, художественная колония увеличивалась. В доме поселились тридцать художников. Приходили иностранцы-покупатели, галеристы. Игорь несколько лет работал в мастерской на Фурманном. В 1989 году была организована общая выставка, на которую приехали иностранцы и решили показать ее в Варшаве, выпустили каталог. Потом выставка отправилась в музей города Мартиньи в Швейцарии. Игорь поехал на открытие и подписал контракт с галеристами. С 1990-го по 1993 год был стипендиатом ЮНЕСКО. С 1990-го живет в Швейцарии, но не теряет связь с Россией. В 1993-м была организована его персональная выставка в Третьяковской галерее в составе ста работ, семь из них приобрела Галерея.

На выставке «Красные ворота. Против течения», проходившей в декабре 2018 - январе 2019 года в Москве, в залах Галереи искусств Зураба Церетели (Пречистенка, 19), экспонировалась картина Игоря Новикова «Кружевница» (2014). Автор повторил мотив знаменитого полотна Василия Андреевича Тропинина «Кружевница» (1823), но по-своему трансформировал его сюжет. Нас останавливает взгляд кружевницы - строгий и внимательный, изучающий, пронизывающий. За ней воображаемый пейзаж Москвы. Справа и слева две символические вертикали - Колокольня Иван Великий и Спасская башня Кремля - свидетели судеб, свидетели истории России.

Неисчерпаема «Библия» Игоря - классическая европейская живопись. За основу он берет произведения российских и европейских художников XIX-XX веков в широком диапазоне - от Крамского, Репина и Левитана до Эдварда Мунка и Рене Магритта. Делает достаточно свободную живописную копию оригинала (картину-версию) - своего рода основу, живописную, эмоциональную среду, «сценическую площадку». Далее Игорь разворачивает действие, приглашает на сцену своих, авторских персонажей. Они-то и разыгрывают действа, антрепризы, провоцируют многочисленные аллюзии и подтексты.

И.А. НОВИКОВ. Крик Европы. 2008
И.А. НОВИКОВ. Крик Европы. 2008
Холст, масло. 140 × 100. Собственность автора

Претворяя традиции средневековых действ, Новиков карнавально, инверсионно использует цитаты. «Новые русские» убегают с чемоданами с левитановских полей «Золотой осени»; «Бурлаки» Ильи Репина (два варианта) буксируют подводную лодку и крейсер; вырастает гора черепов из «Апофеоза войны» Василия Верещагина - и рядом гуляют заботливые мамы с малыми детьми; Иван-царевич и Елена Прекрасная на Сером Волке летят из русской сказки на карнавал в Европу. Роскошные цитаты оживают, вступают в карнавальный круг метаморфоз. Запускается на площади Большая Карусель, и всех приветствует живой большой Петрушка (Т. Назаренко «Новогодние гулянья у Кремля», 2016).

И.А. НОВИКОВ. Новое Начало. 2004
И.А. НОВИКОВ. Новое Начало. 2004
Холст, масло. 110 × 140. Собственность автора

Игорь Новиков нашел своих «посланников», свидетелей и вестников. Они переступают, перебегают, перелетают из одной картины в другую.

Это пилигримы вечных сюжетов - Люди-маски, Люди-супремы, Люди-алгоритмы. Силуэтные, знаковые фигуры столь же универсальны, как знаки математических формул. Магией художественной игры они концентрируют в себе множественные смыслы. Они с равным успехом адаптируются и в текущем времени, и в прошлых временах, и в виртуальном мире истории искусств. Два основных супрема - люди в красном и люди в белом. Как две универсальные стихии, они свободно, широко раскачиваются на качелях переменных обстоятельств.

Персонажи-маски - мастера пантомимы и коллективных действий. Выстраиваясь в ряды, они жестами комментируют ситуацию. Поднимают вверх руки, призывая помочь людям, чьи дома затопило половодье («Воспоминания о России», 2016), призывают людей вернуться в покинутые, забытые родные места («Российская глубинка. Сила притяжения», 2016).

Атрибуты знаковых персонажей - лейки, грабли, лопаты, пилы. Самые востребованные объекты - раздвижные красные лестницы. Взаимодействуют контрастные ассоциации. Ангелы лестницы Иакова, Новая надежда, Изгнание из Рая, феерическая жажда достичь невозможного, иллюзорного. Но главный мотив - жизненный путь человека, восхождение.

Игорь Новиков, Татьяна Назаренко, Алексей Новиков - все трое приняли участие в выставке «Карл Маркс навсегда?», проходившей в Русском музее в Санкт-Петербурге в октябре 2018 - январе 2019 года. Для большинства участников проекта Маркс оказался привлекательным героем. Игорь изобразил Маркса во флотском военном мундире офицерского состава. На левом рукаве «нарукавные шевроны» за сверхсрочную службу. За пятнадцать лет присваиваются три шеврона, у Маркса их четыре, что говорит о его особом статусе. Он Командор, рулевой в бурном, обремененном рифами житейском океане. За спиной Маркса и из прорези в его груди вырастают красные лестницы. По ним люди в красном массово взбираются на небо.

Знаковый объект в картинах Игоря - Московский Кремль - почти одушевленный, красивый персонаж. Портреты Кремля художник создает с начала перестройки, с горбачевских времен, вот уже 30 лет. Кремль бесконечно многогранен. Автор развертывает эпические панорамы с высотных точек, с разных сторон и многочисленных ракурсов. Московский Кремль - сакральное место. Здесь вечное и незыблемое абсолютно превалирует над временным и случайным. Игорь экспрессивными художественными средствами выявляет великую мистическую и спасительную сущность Кремля.

 

Татьяна Назаренко

Татьяна Григорьевна Назаренко
Татьяна Григорьевна Назаренко
Фотография

в 1968-м окончила Московский государственный художественный институт имени В.И. Сурикова, училась у А.М. Грицая, Д.Д. Жилинского. Работала в мастерской Академии художеств СССР под руководством ГМ. Коржева.

Татьяна - художник рубежной эпохи начала 1970-х годов. Это и последующее время называют «длинные 70-е», поскольку возникшие художественные явления получили развитие также в 1980-е годы, и тогда казалось, что советская эпоха продлится вечно.

Татьяна первая предъявила право художника на сомнение, оспаривание азбучных истин, право иметь свой, альтернативный образ истории, свое независимое мнение о современной жизни и предназначении творчества. В те недавние времена независимую позицию художники могли выразить в ассоциативных, метафорических образах. И это решающее обстоятельство стало стимулом поиска сложных композиций с многоуровневыми смысловыми орбитами.

Воспрянула память культуры. Открылся мощный эпический ландшафт - европейское средневековье, ренессанс и барокко, эпоха модерна, Босх, Брейгели и Кранахи. Память культуры возвратила право художника на игру, карнавал, гротеск, возрождение памяти о людях с трагическими судьбами, оклеветанных, безвременно ушедших.

Документальная серия «Фамильный альбом» создавалась в 2010-е годы, но фактически эти образы и пронизывают, и охватывают все творчество Татьяны Назаренко. Это ядро ее многомерного мира. Через трагические испытания своей семьи Татьяна воссоздает ту страшную эпоху, когда уничтожались безвинные люди, стиралась память и страх пронизывал все сферы жизни. «Снят с поезда, осужден тройкой, получил десять лет без права переписки. Еду неизвестно куда. Устраивай жизнь без расчета на меня. Всех целую, Николай». Эта скомканная записка была брошена в почтовый ящик. Последняя записка от деда Николая, арестованного в 1935 году и через три года приговоренного к расстрелу. Татьяна помнит, что бабушка не верила в его смерть, всю жизнь его ждала и говорила, что у стен есть уши. В картине «Последнее письмо» (2010) семь мужчин в безмолвном ожидании перед лицом своей судьбы. Один из них - безвинно осужденный Николай. Все быстро забывается, но есть такое, что невозможно забыть всю жизнь. Невосполнимая потеря, преступно прерванная жизнь.

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Пугачев. 1980
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Пугачев. 1980
Холст, масло. 180 × 300
© ГТГ

Картины Татьяны Назаренко вошли в историю искусств. И первая из них - «Пугачев» (1980, ГТГ), где персонажи предстали без героического антуража, с глубоким внутренним ранением. Трагическое пересеклось с обыденным. Солдаты конвоируют плененного Емельяна Пугачева в деревянной клетке, впереди процессии - растерянный Александр Суворов на коне. Было ли так на самом деле? Скорее всего, Суворов находился в почтительном отдалении от пленного бунтаря, но в картине они оказались рядом, но словно в разных измерениях. Над ними обоими воля Истории. Здесь нет героев и злодеев. Полководцы и бунтари, дворяне и мужики равно оказались заложниками трагических обстоятельств.

Художница создает свой миф, свой живописный космос, где сходятся Рай и Ад, реальность, карнавал и мистика. Здесь бремя страхов, испытаний, бед и чудо воскресения, избавления от тяжб. От тяжб и тяжести всех избавляет Святой Великий Христофор. Он великан и переносит людей через поток стремительного времени. В картине Назаренко могучий Христофор пересекает реку. Он помогает человеку артистического облика, возможно, это образ поэта Серебряного века.

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Трапеза. 1992
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Трапеза. 1992
Холст, масло. 150 × 180. Собственность автора

У Татьяны свои вестники-посланники - миниатюрные фигурки мужчины и женщины ростом с фарфоровую статуэтку и столь же хрупкие. В живописных работах и литографской серии «Люди-звери» (1995) маленькие персонажи попадают в ловушки, оказываются в окружении огромных саблезубых монстров, готовых растерзать «фарфоровых» человечков, но их больше интересует сам мастер, проверка его силы или слабости. Учредитель инфернальной трапезы требует МАСТЕРА к барьеру! И Назаренко входит в смертельный круг. Она изобразила себя на столе в окружении инфернальных, маскарадно хищных персонажей («Трапеза», 1992). И что же! Трапеза запрещена! Выиграно мистическое испытание, выдержан ритуал посвящения в мастера. И убогие, гротескные создания (волчонок, шут-карлик) исцеленья просят, просят, чтоб их расколдовала рука волшебной королевы («Рука королевы», 2018).

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Саломея (две части). 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Саломея (две части). 2015
Холст, масло. 200 × 80. Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Саломея (две части). 2013
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Саломея (две части). 2013
Холст, масло. 200 × 80. Собственность автора

И вот уже две Саломеи, две сестры, зеркально отраженные, несут торжественно два блюда с усеченными главами. (Трагический сюжет о Саломее стал одним из главных сюжетов европейского искусства Нового и Новейшего времен. Он есть у всех великих мастеров.) Над ними обеими намного выше крыш «взлетает» миф об акробатке, обнаженной воительнице, наделенной силой необычной, идущей по канату, но без каната («Цирк на площади», 2012), - автопортрет Татьяны Назаренко.

Вихрь карнавала устремляется за грань картины, за пределы рамы и заполняет трехмерное пространство. Татьяна придумала пространственную композицию «Московский стол» (1997, ГРМ). Здесь, на большом столе, в плотном пестром хороводе встречаются и могут переставляться волшебные предметы. Автор объединила искусство инсталляции, вывески, рисуночной рекламы, театр улицы.

Современный мир экстремален и захватывающе интересен. Какой карнавал лучше - в России, Венеции или Швейцарии? Татьяна избрала все три карнавала, и все они эффектны, многолюдны и открывают мир творчества, игры и волшебства!

В чем сила Назаренко, где она черпает силу? В букетах цветущих белых лилий, огромных и раскидистых, как мировое древо. В картине «Райская ночь» (2015) Татьяна изобразила себя и Игоря маленькими человечками, нашедшими космическое соцветье белых лилий. Вот благовест света в безмолвии Вселенной!

Татьяна Назаренко, Алексей Новиков, Игорь Новиков. В их творчестве, в их совместных выставках возникает многоаспектный и внутренне единый документальный, драматичный и праздничный образ современного мира.

Беседа Татьяны Назаренко и Игоря Новикова с искусствоведом Сергеем Орловым состоялась в мастерской Назаренко в доме в Брюсовом переулке в Москве. Накануне открытия масштабной (более двухсот работ) совместной выставки Татьяны Назаренко, Алексея Ивановича Новикова, Игоря Новикова в Санкт-Петербурге, в Музее искусства Санкт-Петербурга XX-XXI веков. Актуальность обмена мнениями о творчестве каждого из участников очевидна.

Из огромного окна мастерской открывается панорамный вид на центральную часть города. И сразу перед глазами оживает картина Татьяны Назаренко «Московский вечер» 1978 года.

Вспоминает Татьяна Назаренко: Меня всегда радовал и вдохновлял вид из этого большого окна. Правда, сейчас многие старые дома и вид на Кремль заслонены новыми постройками, но в целом панорама сохранилась. А тот прежний пейзаж, он остался на картине.

Сергей Орлов: Игорь, у вас общий невероятно интенсивный творческий график - по две, по три выставки в год. Вы работаете и осуществляете совместные проекты в России и в городах Европы. Вы в постоянном движении, в напряженном творческом процессе.

Игорь Новиков: Идея совместных выставок родилась давно. Вспоминается, как Татьяна устраивала выставку «ОН И ОНА» у Щукина в Париже в 2017 году («HE & SHE» Shchukin Gallery). Прямо в центре Парижа мы выставлялись вдвоем. Главное - место шикарное! Владелец галереи - потомок коллекционеров Щукиных. Одновременно проходила выставка Щукиных и Морозова в фонде Louis Vuitton[1]. К нам пришло французское телевидение, пришел Олег Целков[2], снимался на фоне работ, захотел там выставиться сразу после нас. Каталог выпустили. Мы стараемся все выставки каталогизировать... небольшими тиражами - по 300-400 экземпляров.

В 2017-м был проект в Цюрихе - там выступали уже втроем: я, отец и Таня. Мы работаем с одной из галерей в центре Цюриха. Раза три или четыре выставлялись, в частности, сделали такую книжечку «Russian Season. Novikov & Novikov & Nazarenko».

С. О.: Это как раз самое интересное - сопоставление.

И. Н.: Да, мы это поняли, когда в Воронеже делали выставку в 2018 году. Наши совместные проекты складываются как-то естественно. У Татьяны состоялась большая выставка в Костромском музее в 2016 году, затем в Плесе - в Музее пейзажа. А потом нас с отцом пригласили в Плес, и я для выставки сделал большую серию «Левитан» о том, что сейчас происходит в России. Половодье затопляет деревни, люди остаются без крова. Новые русские бегут из России с чемоданами. Мой «Вечерний звон» - это Россия. Левитан ее видел по-своему, а я по-другому. Я же современный художник, живу в свое время. Сейчас столько интересных тем! Продолжаю традицию 1980-х годов, когда я сложился как художник, продолжаю традицию нонконформистов. Вот мне говорят: «Ты смеешься над Россией». Нет, я не смеюсь над Россией, я просто задаю вопросы. Если вы говорите, что все прекрасно, наоборот, вы и смеетесь! Понимаете, не все так прекрасно. Что говорить о Москве? В Москве - одно, а в регионах - всякое. Не стоит судить о российской жизни по тем, кто живет в центре Москвы.

Т. Н.: Вот, например, мы были в Плесе. Директриса нас водила по замечательному левитановскому музею. У них все хорошо, экскурсии для иностранцев с круизных пароходов. А в сорока минутах от них музей в Иванове[3], Ивановская область. Я туда поехала, потому что у меня там две работы. Мы вошли и ахнули - по всему музею трещины и потолки рушатся, а коллекция прекрасная!

С. О.: Игорь, многие твои работы последних лет связаны с классикой, ты берешь классические темы.

Т. Н.: У него сплошная классика: Ван Гог, Модильяни, Пикассо, Магритт.

И. Н.: «Крик» по Мунку я написал еще в 2008 году, задолго до брексита, картина называется «Крик Европы». Я «Апофеоз войны» Верещагина переделал в «Новое Начало» - рожайте новых детей малых. «Рабочего и колхозницу» Мухиной - в «Кремлевский рай. Счастливый конец». Я писал, когда их убрали, разобрали на реставрацию. Их же долго не было.

Т. Н.: Помню, какое было ошеломляющее зрелище, когда вдруг снова все их увидели уже на высоком пьедестале.

И. Н.: Я написал «Кремлевский подарок». Крым. Это знаменитая вещь Айвазовского «Корабли на якоре в Севастопольской бухте» 1852 года. Это Севастопольская бухта тех времен. Я написал, как Суворов взял Крым, а Хрущев его отдал. И сейчас пришло время, он опять стал русским. Суворов с «открывашкой», а Хрущев с ботинком. Пророческая вещь, ее сразу купили на выставке в 2008 году.

Никто не знал, что будет кризис на Украине. В 2010 году я написал картину «Московская жара» и сделал фон синим и желтым - цвета украинского флага.

Т. Н.: Тут и купола, и переход церкви на другую сторону.

С. О.: Игорь, а эти силуэтные человечки в твоих картинах?

И. Н.: Они мне пришли в голову, когда «появились» Малевич, Кандинский, Магритт. В «фурманный» период[4]. Я сначала делал их объемными, а потом вообще пришел к пиктограммам. Это мне больше понравилось, они стали более знаковыми. Они и оракулы, и красивы, как ангелы. Красный цвет не означает, что они связаны с большевиками.
С. О.: Игорь, у тебя была выставка в Третьяковской галерее.

И. Н.: Да, была персональная выставка в Третьяковской галерее, на Крымском, в том же крыле, что и у Эдика Штейнберга[5] в 1992 году. Был такой Саша Смелянский, арт-директор Манежа, и они делали Эдику большую выставку в Швейцарии. Я же начал работать в Швейцарии в 1990 году. Так вот, мы материал весь собирали, и швейцарцы издавали. И как раз мы договорились с Эдиком. И он говорит: «Давай идем в Третьяковку, мы тоже тебе поможем быстро сделать выставку». И мы пришли к Н.Г Дивовой[6] и Л.И. Иовлевой[7] (она тогда была и.о. директора). Они посмотрели, говорят: «Да, все очень интересно», и дали разрешение. Выставка была в 1993 году, более ста работ, семь картин купила Третьяковка.

С. О.: Татьяна, Вы прекрасный живописец, но Вы выходите за пределы живописи как классического вида искусства, создаете пространственные инсталляции, силуэтные фигуры из фанеры, объемные объекты из монтажной пены.

Т. Н.: Я не знаю, кто еще у нас делает из монтажной пены объемные работы. Безумно, безумно тяжело. Вот этот «Взрыв» - мне хотелось сохранить не гладкую, а страшную фактуру, чтобы этот взрыв выглядел страшно. Я все леплю руками.

С. О.: Это страшно, но это притягивает, не отпугивает, а напротив, чудовищно притягивает.

Т. Н.: Сознание людей очень поменялось. Сейчас самое притягательное - все страшное, уродства, сцены всяких убийств. Дети играют в страшные компьютерные игры со стрельбой, со всякими чудовищами, монстрами.

С. О.: Но ведь и раньше люди бегали смотреть на казни.

Т. Н.: Да, и раньше бегали смотреть на казни, но не было такой массовой индустрии психологического воздействия, как телевидение. Я вчера весь вечер, до двух часов ночи, смотрела фильм о девочке, которой четырнадцать лет и которая говорит: «Меня убили». И она порхает между небом и землей. И весь фильм о том, как искали убийцу. Но, слава богу, не показывали сцену самого убийства, я бы этого не выдержала.

С. О.: Эти фильмы, эти сцены кровавые, они внедряются в память, в сознание, и потом очень трудно от этого избавиться.

Т. Н.: Конечно, я же тоже сделала об этом свою эпопею с убийствами, с работами, которые были на выставке в Академии[8] в Москве и которые поедут на выставку в Питер.

Ситуация на Украине меня безумно волновала всегда. Я помню свою выставку в 2011 году в Киевском музее русского искусства. Открытие выставки совпало с моим днем рождения. Было много прессы, пришло много художников, приехало много людей из Москвы! Атмосфера радости и дружелюбия. Журналисты спрашивали, поеду ли я в Черкассы, где жила моя бабушка. Там были мои работы «Из фамильного альбома», посвященного ей.

Никогда в жизни я бы не подумала, что там может что-то произойти... Мне потом все говорили: «Таня, ты что, не видела, как они относятся?!» Отвечала: «Я ничего плохого не видела. Все было совершенно хорошо».

А какая замечательная реакция! Ни в одном городе не получала такой прессы, как на Украине. Хотя фамилия у меня и украинская, но они же знают, что я русская художница.

И вот что интересно. День рождения у меня 24 июня, отмечали на пароходе с цыганами, погода сказочная! 25-го мы проснулись - дождь стеной. И было такое ощущение - ну, не может быть! И мы ходили по Киеву, в Лавру, по церквям под проливным дождем. Мгновенно буря смела это прекрасное ощущение прекрасного бытия. А потом... Вы знаете, что было потом - 2014, 2015 годы.

Я летала над Украиной. Но когда все это началось на Майдане, мы видели, когда пролетали над Киевом, мы видели, что это было как угольки от костра. Все это пространство. Киев - красные раскаленные угли. жуткое ощущение тревожного, страшного.

Ну а потом - как всегда, ведь люди быстро ко всему привыкают, все забывают, и прочее, и прочее. «Что ты, Таня, все хорошо, все прекрасно!» - говорит мне дама, которая живет между Москвой, Парижем и Болгарией. Она даже представить себе не может, что делается. Многие не хотят знать, им неинтересно. В 1996 году у меня в ЦДХ[9] была выставка «Переход». Одна какая-то тетка кричала: «Какое безобразие! Где она видела таких людей?! Этих нищих?!» Я думаю: «Черт возьми! А что там видеть таких людей - спуститься в метро и посмотреть».

Или вот у меня ветераны афганской войны.

С. О.: У вас все скульптуры портретные?

Т. Н.: Да, они все портретные: моя приятельница; маму я свою писала с собачками; мальчики у меня портретные, один из них мой сын; вот это мой муж, который был у меня несколько лет назад.

Единственное, что я записывала, - надписи. Они были безумные, некоторые в стихах. Даже в журнале «Столица» было такое исследование - кому больше подают. В этом журнале «Столица», который тогда выходил, были мои работы, про меня написали, про мой «Переход». Это был 1996 год.

И они провели эксперимент, кому больше подают. Были какие- то надписи типа: «Я остался без жилья», «У меня нет ни копейки денег», «Дайте что-нибудь!». Такие пространные надписи. И больше всех подали человеку, у которого было написано: «Дайте денег, чтобы опохмелиться!». И все люди, которые понимают такую вещь, когда надо опохмелиться, давали денег.

С. О.: Тогда все было в письменном жанре, сейчас уже больше в жанре речевом.

Т. Н.: Да, в речевом, рассказывают целые истории. Тут у меня беженцы из Узбекистана, Таджикистана с кучей детей. Тут у меня один ветеран афганской войны, в Америке - другой.

Больше всего меня интересует реальность. Я вообще считаю, что миссия художника и тех художников, которых я люблю, - оставить картину жизни! По Босху мы можем судить, какие были войны, какие страшные дела происходили в то время, какие казни. Или у Брейгеля. видишь, как люди жили, даже если это евангельские сцены и сюжеты.

Я написала такую многочастную картину «Городок зимой» (2018), она в Швейцарии. Провинциальный русский городок со всякими реалиями. Зима, все готовятся к празднику, несут сумки с продуктами к праздничному застолью, выпивают, играют, возводят крепость из снежных шаров. И тут же у меня сцена «Бегства в Египет». Это я вспоминала Брейгеля, он же перенес «Бегство в Египет» в зимнюю стужу. И то же у него в сцене «Избиения младенцев». Бедные младенцы у него тоже на снегу. Я и себе сделала такую сценку. Они такие реальные человечки. Почему бы не поиграть, такое могло бы быть! Почему бы и нет!

Сейчас при всех исследованиях, откуда какие народы пошли и кто что населял, под сомнением все даты исторические. Откуда вся история пошла? У Игоря под Зарайском в деревне дом, где сейчас живет, отдыхает Алексей Иванович. Там, в Зарайске, построили музей одного артефакта.

Зарайск - это самый край Московской области, самый маленький кремль. Там в раскопках нашли из бивня МАМОНТА(!) фигурку зубренка. И он старше всех египетских пирамид. Возили в Британию, выставляли в Британском музее, все там восхищались. Сделано так, что волоски на гриве зубренка покрашены. Сохранились следы краски, как на греческих статуях, следы охры красной. И оказывается, что там, под Зарайском, паслись мамонты и жилища у тамошних охотников были сделаны из бивней мамонтов, крыши у них были из бивней. Можете себе представить?! Этого никто не знал! Всегда шутили, что Россия - родина слонов, оказалось, что так оно и есть! Оледенение как раз там где-то и остановилось. Так что все сейчас подвергается переосмыслению. Там еще нашли женские фигурки. Бизоненок совершенно палеолитский такой, из доисторических, дочеловеческих времен.

С. О.: Удивительно, что сохранились такие артефакты, совершенно невероятные!

Т. Н.: Да, копали около Кремля и нашли кости мамонта и женские фигурки. Не случайно нашли все скальные рисунки. Кстати, по дороге в Монте-Карло есть музей, посвященный наскальным рисункам, которые были не в пещерах, а просто на камнях сохранились. Там всякие человечки изображены, они танцуют, бегают, прыгают и прочее.

С. О.: Татьяна, расскажите о своих удивительных скульптурах-обманках.

Т. Н.: Сделала памятник «Рабочая и колхозник» высотой пять метров, который я ставила около Кутафьей башни, сейчас он будет на выставке в Петербурге. Он стоял на площади около Манежа, был большой скандал, как всегда с моими работами. У них тоже такая интересная история, у этих фигур, необычная, как вообще все в искусстве.

Так вот, у Алексея Ивановича была в этом году выставка в Галерее DiDi в Петербурге. И мы туда ездили сразу после открытия моей выставки в Академии. Ходили в Эрмитаж на замечательную выставку «Не верь глазам своим», где показали обманки греческие, еще какие-то. Во все времена люди играли. Идем мы по ступенькам, там огромная лужа черных чернил разлита. Ты хочешь невольно отступить, а оказывается, это обманка. Ну полное ощущение - она блестит, растекается. А греческие или древнеримские обманки? То колонны, которые не являются колоннами, то какие-то листья. Они писали на блюдах бабочек, сажали птичек. Это известная история, как художники соревновались в мастерстве, и кто-то написал такой натюрморт, такие фрукты, что птицы прилетали и клевали их.

Я тоже, когда у меня была выставка в «Кусково»[10], сделала блюдо с бабочками нарисованными. Раньше я не могла вылепить, теперь я могла бы уже и вылепить бабочек, но раньше не знала, что существует такой керамический материал.

Я впервые увидела обманку в Музее-усадьбе «Кусково», у них есть девушка с арбузом[11]. Я впервые увидела и ахала и охала, потому что это мне безумно близко. Ну а потом, когда мне надо было делать выставку в ЦДХ в 1996 году и дали два громадных зала, я сделала 120 фигур - инсталляцию «Переход». Каждый переход в Москве имел свое лицо. На Пушкинской были одни люди, там было очень много продающих что-то, просящих, панки. А вот в переходе у Лубянки - какое-то общество слепых, и весь переход был заполнен музыкантами с невидящими глазами, которые на своих баянах и балалайках играли душещипательные русские песни. Вообще вы помните, сколько оркестров было около Площади Революции, на Манежной, у Кутафьей башни (там тоже есть переход). Все это были высокопрофессиональные музыканты, которые деньги зарабатывали, потому что надо было жить и выжить. Они собирали вокруг себя толпу, и люди давали деньги. Но какие это деньги?! Кто-то бросит 20 копеек, кто-то 20 рублей, но больше не давали.

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Общий вид инсталляции «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Общий вид инсталляции «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота фигур – от 100 до 180
Собственность автора

Мне интересно человеческое лицо, сущность, одежда. Я писала исторические картины, но все они связаны с современностью. И вообще, как только ты напишешь что-нибудь, это становится уже историей. У меня была выставка «Переход» в Музее Москвы - он находился тогда в районе Лубянской площади, в церкви. Небольшой музей. Были стеклянные витрины. У меня попросили вещи, которые носят мои персонажи. Я у мамы взяла сумку на колесиках, ее же фетровые боты, ботинки для дождливой погоды. Гармошка стояла. С сына сняла панковскую кожаную куртку и разные висюльки. Там было много моих вещей. Как-то они мне обмолвились, что часто делают выставки за границей и используют мои фигуры. После этой выставки я надеялась, что мне что-нибудь подфортит в этой жизни, подарила им 30-40 работ, просто подарила, плюс эти предметы материальной культуры. Ответного подарка не получила.

С. О.: Как вы сделали свою первую силуэтную скульптуру?

Т. Н.: Свою первую фигуру сделала со своей подружки. Просто прислонила ее к этой фанере, обвела, раскрасила. И подумала: «О, как замечательно! Если отрезать всю остальную фанеру, сколько же можно будет людей поставить!» Все, что вокруг, меня не интересует. Что я буду писать мраморные переходы? Ведь и ларьков тогда не было.

Все переходы - один сплошной кошмар! Там нельзя было фотографировать. Я все это должна была записывать. Вышла из перехода и записала: «О люди, помогите мне, бомжу! Подайте, кто может, я вас прошу!». Там просто стихотворные были надписи. Какие они там истории писали, про то, сколько детей, и каждому подать на хлеб. Сейчас видишь какую-нибудь одинокую старушку; или вот вчера я видела - молоденькая такая девушка, лет семнадцати: «Попала в тяжелое положение, помогите купить билет на родину». Но это единичный случай. Но когда идет толпа, разноликая, разновозрастная... Сколько было статей, что это мафия, что не надо давать им деньги. Но когда ты видишь какого-нибудь инвалида - у меня есть такие инвалиды, которых везут на колясках, - ты же понимаешь, что у них действительно нет ног или рук, что их везут, что они в любом случае обездоленные, даешь все равно деньги. Мафия, не мафия, меня это не волнует, я хочу, чтобы меня не мутило в душе от того, что прошла мимо людей и ничего не сделала. Иногда вернешься и протянешь старухе, которая стоит... и похожа на мою маму. Я думаю: господи, похожа же!

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Фигуры из инсталляции «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Фигуры из инсталляции «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота фигур – от 100 до 180. Собственность автора

Вот так я сделала «Переход». У меня было несколько выставок в Европе. В Германии - в Штутгарте, в Кельне. В Бонне был реальный переход со входом в Музей транспорта, куда я поставила своих панков. К ним подсаживались, обнимались и тут замечали, что они не настоящие. Они же тоже с цепями нарисованными. Я же могу все это нарисовать, чтобы было так реально. А в Кельне это был просто подземный переход под улицей. А еще была выставка в Кельне на железнодорожном вокзале, где фигуры стояли, отгороженные цепью. На ночь их отгораживали железной сеткой, чтобы не тронули. Там было много фигур. Со мной выставлялся один поляк, который делал 1 похожие вещи, но в графике, плакатные вещи.

Кстати, о плакатах. Все плакаты выставок висят у меня в мастерской. Они в разных местах были. В Костроме - «Молочная гора», «Рыбные ряды». Инсталляция «Мой Париж». Я хотела передать совершенно другое ощущение, чем от «Перехода», потому что Париж - он светлый, яркий, красивый. Инсталляция выставлялась в Париже, в выставочном зале Культурного центра Cite Internationale des Arts, потом была в Музее истории города Обнинска - там очень хотели ее видеть. А вот сейчас «Мой Париж» поедет в Питер.

«Переход» был в Нью-Йорке (1997, галерея «Леман колледжа» городского университета), в Вашингтоне (1998, National Museum «Women in the Arts»).

В Финляндии - вообще анекдот. Дворец Финляндии в Хельсинки - громадное выставочное пространство, все сплошные колонны, и у каждой колонны я поставила своих попрошаек, бездомных, таких, сяких, алкоголиков, пьяниц. И должен был открывать этот фестиваль Юрий Лужков, ни больше ни меньше. Короче говоря, я с ужасом увидела, как Юрий Михайлович проходит мимо толпы людей, и все время его хотят немножечко от какого-нибудь столба отвести, чтобы не очень раздражало, к более приличным. Там у меня девушки были более-менее красивые - проститутки. А получилось, прямо утыкают в инвалида, афганца, и Лужков с ужасом на это смотрит. Мне запомнился Дворец Финляндии, это было так красиво...

Когда я вижу какого-нибудь одиночного панка, вспоминаю, что у меня сыночек также в 17 лет в панка обрядился. И я ему, как дорогому сыночку добрая мамаша, привозила всякие цацки металлические. Чего не сделаешь для любимого сыночка. У меня картина есть «Улица» в Третьяковке.

Вообще мне очень повезло с этой идеей. А потом, я всегда говорю, что это время закончилось. Это уже история. Фигуры у меня остались уже как история.

Каждый момент, когда ты успеешь его ухватить, становится через какое-то время историей. Ну вот как все мои письма. Сейчас что - никто никому не пишет, все посылают друг другу SMS.

С. О.: Уже да, едва ли можно возродить.

Т. Н.: Конечно, нельзя возродить. Я смотрю на каллиграфический почерк своего дедушки, который из ссылки писал. Из его письма узнала, что моя мама в детстве училась играть на скрипке. И тетя тоже. Они обе учились играть на скрипке. Дед пишет: «Ты не забывай, что тебе скоро надо поменять эту четвертинку (или как она называется - маленькую скрипочку) на другую». И в ссылке он помнил о том, как надо заниматься и как надо писать. Это трогательно. Это даже не Чехов. Это сокровенное, скорбное, еще более какое-то личное письмо.

Бесконечное, скорбное. «Ханюся, ты упрекаешь меня, что я тебя не зову. Нет, я зову тебя, как прежде, ты осветила мою жизнь навеки». И все. Закончено. Я не буду больше возвращаться к этой теме. Сделала в Академии выставку, и для меня это такой остановленный этап. Это тоже уже осталось в истории.

С. О.: А дедушка погиб в ссылке?

Т. Н.: Его расстреляли. У меня картина такая есть «Последнее письмо». К нам в ящик такая бумажка была брошена скомканная, в которой было написано: «Снят с поезда, осужден тройкой, получил десять лет без права переписки. Устраивай жизнь без расчета на меня. Всех целую, Николай». Скомканная бумажка, которая, очевидно, кому-то была передана, сказан был адрес. И все. Бабушка его всю жизнь ждала. Пока Сталин умер, потом пошла реабилитация. Она никогда не верила, что он убит. Никто же не знал, что такое десять лет без права переписки, что это означало расстрел. Его сняли с этого поезда и все. Ни могилы, ни места, ничего.

Вот рассказ про Израиль, про брата моей бабушки, который уехал в Палестину. И вот такое фантастическое совпадение. У него родился сын, который в 1942 году, в июле, погиб, защищая какие-то высоты. И у сестры моей бабушки здесь, в России, родился мальчик, который студентом был взят из ИФЛИ[12] и в 1942 году погиб, защищая Россию. То есть вы можете уехать на другой конец света, но судьба может сложиться вот так одинаково. Это совершенная мистика. Это тоже я узнала из писем.

Так же и с Украиной. Я написала несколько вещей, которые меня прямо убивают. Потому что я не могла себе представить, что вот это роскошное место... После выставки в Музее русского искусства в Киеве я сделала еще и выставку в Одессе, в Литературном музее. Там был тоже «Фамильный альбом», но графика, 25 листов.

Одесса вообще русский город, все русское. Праздник журнала «Октябрь». Приехали русские писатели, их на руках носили. Когда я вижу там пожар во Дворце профсоюзов, не верится, что это вообще могло быть.

Кстати, инсталляция «Взрыв». Я была в трех минутах от этого взрыва на Пушкинской[13]. Мы стояли с подружкой и разговаривали. Она хотела идти на выставку в Манеж, а я - в мастерскую. И вот мы разошлись, и через две минуты грохнул этот взрыв. Она мне рассказывала, что она видела эти оторванные руки и ноги, потому что она была наверху, а я уже спустилась в метро. Мы просто не знаем, насколько рядом с нами все происходит.

Ну а потом все это становится историей. Все очень быстро становится историей, все неповторимо, все очень быстро люди забывают. Поэтому хочется иногда в своих картинах что-нибудь напомнить. Что бывает, что было, что будет.

 

  1. Имеется в виду выставка «Шедевры нового искусства. Собрание С.И. Щукина» (Icones de I’art moderne. Collection Chtchoukine), которая проходила в Париже в фонде Louis Vuitton в 2016-2017 годах.
  2. Художник Олег Николаевич Целков (род. 1934) с 1977 года живет и работает в Париже.
  3. Ивановский государственный историко-краеведческий музей имени Д.Г. Бурылина, отдел Музейновыставочный центр в Иванове.
  4. Период конца восьмидесятых годов в СССР, названный по адресу в Москве (Фурманный переулок), где собирались молодые художники, представлявшие неофициальное искусство.
  5. Эдуард Аркадьевич Штейнберг (1937-2012) - один из лидеров неофициального искусства 1960-1980-х годов.
  6. Дивова Нина Глебовна возглавляла Выставочный отдел ГТГ с конца 1980-х годов.
  7. Иовлева Лидия Ивановна в течение многих лет работала заместителем генерального директора ГТГ по научной работе.
  8. Выставка работ Татьяны Назаренко «Диалог со временем» в Российской академии художеств 17 апреля - 12 мая 2019 года
  9. Центральный Дом художника.
  10. Татьяна Назаренко и Музей-усадьба «Кусково» выступили в 2002 году соавторами выставки «Я сам обманываться рад».
  11. Имеется в виду работа неизвестного художника XVIII века «Крестьянская девушка с арбузом» (обманка; дерево, масло; 157,5 * 54).
  12. Московский институт философии, литературы и истории.
  13. Речь идет о террористическом акте, совершенном в Москве 8 августа 2000 года в подземном переходе под Пушкинской площадью, ведущем на станции метро «Пушкинская», «Тверская» и «Чеховская».

Иллюстрации

Т.Г. НАЗАРЕНКО. Женщина и птицы. 2016
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Женщина и птицы. 2016
Холст, масло. 70 × 61.
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Кремлевский рай. Счастливый конец. 1994
И.А. НОВИКОВ. Кремлевский рай. Счастливый конец. 1994
Холст, масло. 190 × 135
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Желтое небо. 2005
А.И. НОВИКОВ. Желтое небо. 2005
Холст, масло. 67 × 47
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Монастырь. 1988
А.И. НОВИКОВ. Монастырь. 1988
Фанера, масло. 58 × 48
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. В Паршино. 2014
А.И. НОВИКОВ. В Паршино. 2014
Холст, масло. 110 × 135
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Вознесение. 1990
А.И. НОВИКОВ. Вознесение. 1990
Холст, масло. 80 × 100
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Гармонист в Саблино. 1995
А.И. НОВИКОВ. Гармонист в Саблино. 1995
Холст, масло. 104 × 70
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Поселок. 2006
А.И. НОВИКОВ. Поселок. 2006
Холст, масло. 80 × 110
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. Белые ночи. 2017
А.И. НОВИКОВ. Белые ночи. 2017
Холст, масло. 96 × 87
Собственность автора
А.И. НОВИКОВ. В Зарайске. 1981
А.И. НОВИКОВ. В Зарайске. 1981
Холст, масло. 43 × 61
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Второе Пришествие. 2008
И.А. НОВИКОВ. Второе Пришествие. 2008
Холст, масло. 100 × 140
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Золотая осень. 2016
И.А. НОВИКОВ. Золотая осень. 2016
Холст, масло. 95 × 130
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Воспоминания о России. 2016
И.А. НОВИКОВ. Воспоминания о России. 2016
Холст, масло. 80 × 130
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Кремлевский подарок. 2008
И.А. НОВИКОВ. Кремлевский подарок. 2008
Холст, масло. 120 × 140
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Россия. 1991
И.А. НОВИКОВ. Россия. 1991
Смешанная техника, гипсовый рельеф. 44 × 32 × 4
Собственность автора
И.А. НОВИКОВ. Славный парень. Эдем. 2018
И.А. НОВИКОВ. Славный парень. Эдем. 2018
Холст, масло. 100 × 70
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Большое окно. 1985
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Большое окно. 1985
Холст, масло. 170 × 200
© Пермская государственная художественная галерея
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Московский вечер. 1978
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Московский вечер. 1978
Холст, масло. 160 × 180
© ГТГ
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Шкатулка. 2002
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Шкатулка. 2002
Фанера, масло. 40 × 50
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Вечеринка. 2019
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Вечеринка. 2019
Холст, масло. 100 × 140
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Игра. 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Игра. 2015
Холст, масло. 150 × 120
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Опознание (Три части). 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Опознание (Три части). 2015
Холст, масло. 120 × 300
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Женская компания. Полет. 2018
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Женская компания. Полет. 2018
Холст, масло. 150 × 120
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Мужчины с водкой. Мечты. 2018
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Мужчины с водкой. Мечты. 2018
Холст, масло. 150 × 120
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Похищение сабинянок. 2017
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Похищение сабинянок. 2017
Холст, масло. 120 × 200
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Несение креста. 2016
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Несение креста. 2016
Холст, масло. 80 × 100
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Памяти Карпинских. 2010
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Памяти Карпинских. 2010
Холст, масло. 120 × 150
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Сестры. 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Сестры. 2015
Холст, масло. 100 × 120
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Письмо из эвакуации. 2010
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Письмо из эвакуации. 2010
Холст, масло. 100 × 100
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Лето в деревне. 2010
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Лето в деревне. 2010
Холст, масло. 120 × 80
Собственность автора
Фрагменты экспозиции работ И.А. Новикова на выставке «Жизнь как метафора»
Фрагменты экспозиции работ И.А. Новикова на выставке «Жизнь как метафора»
Фрагменты экспозиции работ И.А. Новикова на выставке «Жизнь как метафора»,
проходившей в июне–июле 2019 года в Музее искусства Санкт-Петербурга XX–XXI веков
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Взрыв. 2006
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Взрыв. 2006
Инсталляция из 10 частей. Монтажная пена, фанера, масло. 300 × 400
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Девушки. 2004
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Девушки. 2004
Фанера, монтажная пена, масло, эмаль. 233 × 95
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Положение во гроб. 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Положение во гроб. 2015
Холст, масло. 120 × 200
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Небо в огне. 2014
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Небо в огне. 2014
Холст, масло. 70 × 100
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инвалид Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инвалид Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Беженка. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Беженка. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 100
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инвалид. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инвалид. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 170
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Уличный музыкант. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Ветеран Афганской войны. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Ветеран Афганской войны. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 170 Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Попрошайка. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Попрошайка. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Продавец газет. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Продавец газет. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Фигура из серии «Переход». 1995–1996
Фанера, брус, масло. Высота – 100
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Первая страница альбома. 2010
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Первая страница альбома. 2010
Холст, масло. 150 × 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Сестры. 2015
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Сестры. 2015
Холст, масло. 100 × 120
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Пятая страница альбома. 2010
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Серия «Фамильный альбом». Пятая страница альбома. 2010
Холст, масло. 150 × 110
Собственность автора
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инсталляция «Мой Париж». 1998
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инсталляция «Мой Париж». 1998
Т.Г. НАЗАРЕНКО. Инсталляция «Мой Париж». 1998
Фанера, брус, масло. Высота фигур – от 140 до 190
Собственность автора

Вернуться назад

Теги:

Скачать приложение
«Журнал Третьяковская галерея»

Загрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в App StoreЗагрузить приложение журнала «Третьяковская галерея» в Google play